Ни один художник не бывает художником изо дня в день, все двадцать четыре часа в сутки; все истинное непреходящее, что ему удается создать, он создает лишь в немногие и редкие минуты вдохновения.
Стефан Цвейг

декабря 23, 2008

Композиция с изображением одного натюрморта в разных техниках.

Учебная композиция включает в себя четыре различных по манере исполнения изображения одного и того же натюрморта: реалистический, декоративный, пуантилистический и кубистический.
Наиболее интересным по технике исполнения оказался пуантилистический вариант, возможно, потому что я работала в этой манере первый раз. Чем меньше кисть и мельче точка, тем необычней получается работа. В идеале писать надо чистыми цветами, но мне, наверное, не хватило терпения и 12 баночек гуаши:) я кое-что смешивала.
Для кубистического варианта важно правильно найти «правдивое» и гармоничное сочетание локальных цветов и соотношение упрощенных геометрических форм.
В целом оцениваю учебное задание как интересное.

Композиция.
2008г.
Гуашь. Бумага 40х60см.

декабря 15, 2008

Крюков канал. Лето.

Шум листвы. Слепящие солнечные блики на плещущейся воде канала и золотых куполах взмывающей в небо колокольни Никольского морского собора...
Тепло. Высокое голубое небо с прозрачной дымкой облаков. Люди гуляют по набережной в тени деревьев. Лето. Хорошо.
Этюд в стиле "a la prima". Работа писалась легко и с удовольствием. Сочные летние цвета, ощущение тепла и умиротворения, кружевная легкость стройной, словно парящей, колокольни, ее горящие на солнце купола.
Работа занимает промежуточное положение между реалистической и декоративной живописью.
Перед началом работы я сделала несколько набросков с разных ракурсов. Но в итоге остановилась на классическом варианте с видом на Кашин мост, зеленью деревьев и отражением колокольни, плывущем по воде Крюкова канала. Основная сложность живописной задачи заключалась в написание голубой с белым колокольни на фоне голубого неба с белыми облаками. На мой взгляд, задача решена.
В этой картине я стремилась воплотить чувство умиротворения и гармонии, легкости и, казалось бы, беспричинной радости от солнечного дня, от внезапно открывшейся красоты окружающего мира.

Крюков канал. Лето.
2008г.
Темпера ПВА, холст на подрамнике, 30х15см.

Работа продана

декабря 08, 2008

Натюрморт с тумбой.

Новая учебная работа. Это первый натюрморт, который я писала сидя. Отсюда такая нетипичная точка обзора. Я сделала несколько эскизов будущей работы, и в итоге остановилась на варианте с тумбой на переднем плане. Вообще-то тумба служит просто подставкой для натюрморта, но и сам по себе этот предмет мебели достоин стать главным действующим лицом всей композиции.
Работу начала как обычно с основных теней, но особое внимание старалась уделять именно переднему плану с тумбой. Затем прописала нижнюю и левую драпировки, перешла на предметы касания: яблоко, музыкальный инструмент. Затем сделала среднюю и правую драпировки, кувшин. Особенно удачным считаю яблоко и глазурованный керамический горшочек.
Финальный аккорд - детальки, ручка на тумбе.
Возможно следовало побольше поработать над кувшинчиком, но в таком исполнение в нем есть приятная недосказанность. В целом натюрморт считаю состоявшимся.

Натюрморт с тумбой.
Гуашь, бумага, 40х60см.
2008г.

декабря 04, 2008

Начало зимы. Вечер.

Зима!
Крестьянин, торжествуя,
На дровнях обновляет путь,
Его лошадка, снег почуя,
Плетется рысью как-нибудь...

Да, у нас теперь все как в Европе, в том числе и зима без снега... Чтобы хоть немного взбодриться и морально подготовиться к новому году, приходится идти на хитрости и хотя бы рисовать снег:)
Небольшой этюд в технике "a la prima". Это момент где-то между осенью и зимой. Заброшенный, далекий уголок. Домик с печкой, мужик открывающий "санный сезон". Сейчас он распряжет свою лошадку, поставит ее в стойло, напоит и сам пойдет в дом к самовару, к вечернему чаю...
Работа писалась от души. Мотив пришел от любимого мной Д.А. Налбандяна. Мне кажется, всё получилось...

Начало зимы. Вечер.
Темпера, холст на подрамнике, 30х20см
2008г.

ноября 25, 2008

Натюрморт с бирюзовой чашкой

"Хочу одним - единственным яблоком удивить Париж!" П. Сезанн

Этот натюрморт писала под впечатлением от Сезанна, сейчас как раз дочитываю его биографию. Но мои яблоки, конечно, еще куда как далеки от тех, которыми можно удивить Париж.
Каждая работа это как подъем на вершину горы. И каждая следующая вершина должна быть выше. Я выхожу с трех часового занятия выжатая как лимон. И дело не в том, что устает спина, голова устает намного больше. Но если я знаю, что работа движется, что я иду вверх, а не кругами, то чувствую себя самым счастливым человеком на свете.
На этот натюрморт ушло четыре занятия. Результатом я в целом довольна. Хотя его можно было бы написать еще в сотне различных вариантов. Хочу отметить цветовую гамму, которая, на мой вкус, очень приятна для глаза.
Основной вывод по работе, если пишешь гуашью, надо попадать в тон с первого раза. Чем меньше слоев в работе гуашью, тем свежее и сочнее она выглядит. В темпере нет такой острой проблемы помутнения или поглощения цвета, а для гуаши это критично. Лучшая техника для гуаши - "a la prima".

"Натюрморт с бирюзовой чашкой"
Гуашь, бумага, 40х60см
2008г.

ноября 12, 2008

Утро в декабре.

Давно у нас не было настоящих снежных зим, а душа просит... Пушистые хлопья снега, медленно опускающиеся на побелевшие городские улицы; сугробы переливающийся всеми оттенками от голубого до розового; кроны деревьев, ставшие кружевными от инея; стекла, украшенные морозными узорами… как же хочется этого зимнего великолепия. Видимо в ожидании обещанной снежной зимы и родилась эта картина.
Морозное декабрьское утро. Из печных труб на домах в светлеющее небо тянется дымок. Ещё только светает, и на улицах горят фонари. Дворник-татарин (тот самый, настоящий хозяин во дворе) сметает снег с тротуара. Появляются первые ранние прохожие. Женщина в лисьей шубке зябко прячет руки в меховую муфту. Куда-то с утра пораньше спешит мамаша с ребёнком. Закутанный в накидку, извозчик едет по заснеженной за ночь мостовой…
Работа написана под впечатлением от картин художницы Александровой, по фотографиям и собственным ощущениям. Картина не претендует на реалистическое направление. Это декоративная живопись. Мне хотелось создать некую квинтэссенцию зимнего утра в городе. Что-то из детских воспоминаний о зиме. Отсюда идёт некоторая игрушечность пейзажа. Снежное, морозное, предновогоднее...

«Утро в декабре»
Темпера ПВА, холст на картоне 20х30см
2008г.
Работа находится в частной коллекции (Россия)

ноября 10, 2008

Гризайль. Натюрморт с бутылкой, сковородой, чашкой и луковицами. Урок №5-№7.


Третья учебная работа представляет собой натюрморт, исполненный в технике гризайль. Гризайль (франц. grisaille, от gris - серый) - вид декоративной однотонной живописи, выполняемой в разных оттенках серого, коричневого, синего и других цветов.
Работа над натюрмортом начинается с построение эскиза, а затем карандашного наброска в масштабе. Завершив построение натюрморта, приступают к работе красками. В данном случае использована художественная гуашь. Писать следует густо, а тон брать с учетом того, что высыхая, гуашь светлеет. На первом этапе работы, когда создается подмалевок и краской прокрывается весь лист бумаги, лучше использовать крупные кисти. Работа начинается с нанесения самых глубоких теней, затем решается задача тоновых соотношений между предметами и драпировками. Работу надо вести на всей поверхности листа, чтобы в каждый момент времени был завершен очередной этап работы. Далее, когда подмалевок завершен, начинается более детальная прописка предметов и складок драпировки, выводится передний план натюрморта. Начиная работу, следует запомнить, где в дальнейшем на предметах будут располагаться блики, и не прокрывать эти участки бумаги краской. Глянец чистой бумаги сделает натюрморт светящимся.

"Натюрморт с бутылкой, сковородой, чашкой и луковицами"
Гуашь, бумага 40х60см, 2008г.

октября 21, 2008

"Академическая тряпочка". Урок №3, №4.

Итак... мой первый опыт рисования складок ткани по науке, он же первый опыт рисования тушью и пером.
Непростое это оказалось дело. Во-первых, надо не обсчитаться в количестве складок, во-вторых, решить какие из них случайные (плохо отгладили), а какие "настоящие", в-третьих, понять какие из настоящих будут на переднем плане, а какие - на заднем. Ну и под занавес чисто техническая проблема "левшей" - перья имеют скос, и обычно он сделан под "правшу". Решение - либо покупать перья для левшей (они существуют, но не очень доступны), либо просто переворачивать обычное перо.
Наложение штрихов тоже оказалось заковыристой задачей. Штрих должен быть разнообразным, но по началу почему-то все равно получается скучный забор. Надо тренироваться и мысль о разнообразии все время держать в голове. В качестве образца смотреть гравюры Рембранта.
Кроме того, в процессе выведения отдельных частей драпировки на передний план, композиция начинает ползти по листу. За этим тоже надо следить, а лучше заложить эти "поползновения" при первоначальной компоновке в лист.
Мне ещё работать и работать над собой:)

октября 17, 2008

Академический рисунок. Урок №1, №2.

Итак... я пошла на курсы академического рисунка. Вернее рисунка и живописи. Решение это зрело давно, но очередные мучения с написанием лица в моей последней живописной работе окончательно уверили меня в том, что настал момент получить базовые знания. А база - это рисунок.
И с напутственными словами о том, что это весьма занудно и большинство бросает не успев начать, я помчалась на первое занятие.
Примчалась я на удивление подготовленной, с правильной бумагой, хорошими карандашами и резинками, но в ботинках на каблуках. Каблуки аукнулись мне уже на первом часу занятия, а эхо звучало в спине ещё пару дней. Я не учла, что рисовать буду стоя.
Небольшой рисовальный класс, группа человек 10 в основном девочки старшеклассницы. Они готовятся к поступлению, а я просто получаю удовольствие от процесса. Моё первое занятие для группы было уже четвёртым по счету.
В классе три постановки, между которыми распределены учащиеся: натюрморт из простых предметов быта, усложнённый вариант такого натюрморта, драпировка. Я начала с простенького натюрморта. Это простое построение с намеченным распределением светотени. Самым сложным оказалось вписаться в формат А2, т.к. я привыкла работать с меньшим пространством. Ещё один момент, за которым требовалось следить, это законченность всего рисунка в целом на каждом этапе построения, т.е. фактически на каждом этапе все детали должны быть проработаны в одинаковой степени.
Вся работа над рисунком ведётся стоя, лист крепится к планшету, а планшет ставится на мольберт. Преподавательница ходит между учениками, говорит с чего начать, указывает на ошибки, объясняет как их исправить. Через некоторое время все рисунки выносятся в коридор и устраивается быстрый просмотр с комментариями, после чего работа продолжается.
Занудности в процессе я пока что не ощутила, скорее даже наоборот. С энтузиазмом делаю домашние задания к занятиям, хотя я уже успела отвыкнуть этой формы обучения. Посмотрим, что будет дальше:)

То ли сиквел, то ли приквел...


"Письмо" стало то ли сиквелом, то ли приквелом к работе "Подсолнухи. Рынок Экс-ан-Прованс". Франция, Прованс, залитый солнцем рынок. Овощи, фрукты, цветы... Девушка в голубом платье с письмом, зажатым в спрятанной за спиной руке. Что это за письмо? Должно быть, что-то интересное, раз она пытается его скрыть. Кто его передал? Возможно, тот господин с тросточкой в глубине площади. Как-то он выделяется своим щегольским нарядом, тростью и цилиндром среди рыночной толпы.
Общая композиция и цветовая гамма напоминают "Подсолнухи. Рынок Экс-ан-Прованс". Зачем я вновь обратилась к этому сюжету? Хотелось солнца, тепла, аромата овощей и фруктов. Атмосферы небольшого южно-европейского городка. А еще мне просто нравится писать подсолнухи.
В "Письме" я вернулась на ту же рыночную площадь, что и в "Подсолнухах", но немного в другое время и при других обстоятельствах.
Картина писалась не сказать, что легко, но с удовольствием. Кроме того, она послужила решающим толчком для принятия мной одного важного решения.

"Письмо. Рынок Экс-ан-Прованс."
2008г.
Темпера ПВА, холст на картоне, 20х30см.

сентября 10, 2008

Утренний букет

Летний букет написан в импрессионистической манере в технике "a la prima". Цветовая гармония построена на оттенках дополнительных цветов синего и оранжевого. Некоторая растрепанность букета придает ему легкость и естественность. Крупные мазки, которыми намечены цветы и листья, передают вибрацию света и цвета. Сложно сказать из каких именно цветов составлен букет, но общая светлая масса дарит ощущение свежести и легкости свойственной летнему утру. И именно это настроение раннего летнего утра мне и хотелось передать в своей картине.
Картина написана под впечатлением от творчества К. Лоуренс.
Утренний букет
Темпера ПВА, холст на подрамнике, 20 х 20см
2008г.

сентября 03, 2008

Сентябрьский букет


Астры и георгины в круглой вазе. Пышный букет осенних цветов. Северное лето не баловало изобилием жарких и солнечных дней, но напоследок все же преподнесло яркий подарок: пушистое многоцветие астр и благородные, может чуточку вычурные, георгины. Даже серые дождливые дни не кажутся такими унылыми при взгляде на эти цветы. Они зажигаются и словно огоньки среди постепенно увядающей зелени и горят долго-долго.
Картина выполнена в технике "a la prima". "Сентябрьский букет" - это подарок на день рождения. Он написан в теплых сочных тонах. Мне хочется, чтобы эта работа дарила радость ее обладателю, поднимала настроение и ограждала от тоски холодных, дождливых дней.

Сентябрьский букет
Темпера, холст на подрамнике 30х24см
2008г


На фото представлены картина "Сентябрьский букет"(слева) и ее фрагмент(справа).

Работа выполнена по мотивам фото из интернета.

августа 28, 2008

Мини лягушатник или по мотивам Моне


Вторая работа в серии миниатюр. Это вольная копия картины К. Моне "Лягушатник".

"Лягушатник" представлял собой кафе на воде, размещавшееся на пришвартованном к берегу Сены понтоне, стоявшем в небольшом рукаве реки и соединявшемся с островом переходным мостиком, перекинутым через крохотный островок, который одни называли "цветочным горшком", другие - "камамбером". Прелестный уголок, с привычно царившей здесь во времена Второй империи атмосферой беззаботности и счастья. Он подробно описан и братьями Гонкурами, и Золя, и Мопассаном.

"Лягушатник" заслужил это прозвище тем, что здесь с большом количестве собирались хорошенькие девицы легкого поведения, так называемые "лягушки", приезжавшие сюда в сопровождении мелких хулиганов и проходимцев из предместья. Иногда они приезжали в одиночестве, в надежде поймать клиента, для наживки используя вызывающие, крикливых расцветок наряды.

В "Лягушатнике" можно было найти и здоровое развлечение - спорт. Собирались молодые загорелые юноши в майках, белых брюках и соломенных шляпах, перекликались между собой, бросали друг другу вызов или размещали на своих утлых суденышках подружек в светлых платьях, прятавшихся под разноцветными зонтиками на краю ялика. "Разнежившиеся парочки время от времени брали лодку напрокат и плыли по течению. Вокруг медленно проплывали берега, зеленые массивы с темными просеками, с затоптанной воскресными пикниками травой, жиденькие деревья, ярко раскрашенные барки, погрузившие бока в струящуюся воду, мерцающий свет, играющий на поверхности стоящих у причала яхт, сверкающие берега, оживляемые присутствием большого числа кораблей, везущих песок, чистивших каналы, и множество тележек, запряженных белыми лошадьми.

Часто в небольших, заросших травой бухточках, на прохладных полянках под ивами, на сочных лужайках отдыхающие разбредались в разные стороны и, небрежно развалившись на траве, старались пересидеть жаркое время сиесты в тени деревьев, так что лишь кое-где можно было заметить то соломенную шляпку, то красную блузу, то волан какой-нибудь нижней юбки... Типично импрессионистическая картина, описанная в романе братьев Гонкуров "Манетта Саломон".

По вечерам все общество собиралось на понтоне, освещенном цветными фонарями, которые отбрасывали на воду блики. Вот когда начинался праздник! Оркестр из пяти музыкантов исполнял вальсы, галоп и кадриль.*

"Лягушатник" вольная копия К. Моне. Миниатюра.
Темпера ПВА, холст на подрамнике 7х7см
2008г.


"Сельский пейзаж с полями" - статья о первой миниатюре по мотивам картины П. Сезанна.

*По материалам книги Ж.-П. Креспель "Повседневная жизнь импрессионистов. 1863-1883"./ Пер. с фр. Е.Пуряевой. - М.: Мол.гвардия, 1999. - 301[3]с.

августа 26, 2008

Художественная галерея


Не так давно издательский дом De Agostini UK Ltd. выпустил последний двухсотый номер журнала Художественная галерея. К сожалению, я обратила внимание на это издание буквально недавно, а выходило оно почти 3 года. Я попыталась найти старые номера в интернете, но это оказалось непросто. Самая обширная, но все-таки неполная подборка размещена здесь.
В свою очередь предоставляю ссылки на номер 195, посвященный Зинаиде Серебряковой, и номер 200, посвященный Хокусаю. Все файлы сохранены в формате djv.

По вопросу разрешения на размещение электронных копий журнала я обращалась с письмом в редакцию издательства De Agostini UK Ltd., но ответа не получила.

августа 22, 2008

Cezanne mini. Сельский пейзаж с полями.

Решила я попробовать себя в жанре миниатюры. А решила собственно потому, что из отпуска привезла набор из пяти мини-холстиков и такой же мини-мольберт. На фото результат первого эксперимента. Вдохновил меня на это произведение господин Сезанн.
С технической точки зрения все оказалось не слишком сложно. Писала кистями единичками и нулёвками, щетиной и колонком. Темперу немного разводила, чтобы легче ложилась на холстик. Главным оказалось устроиться поудобнее, так чтобы руки лежали на столе и не уставали.

Осталось еще четыре холстика. Есть идея сделать мини-серию, мини-картин:)

Сельский пейзаж с полями. По мотивам Сезанна. Миниатюра.
Темпера ПВА, холст на подрамнике, 5х7см
2008г.

августа 14, 2008

"Школа мусорного ящика" (The Ashcan School)


Эш кен Скул (The Ashcan School) или "Школа мусорного ящика" - реалистическое направление в живописи, возникшее в США в начале ХХ века. Отличительной чертой направления являются сюжеты, отражающие повседневную жизнь бедных кварталов Нью-Йорка. Это направление в американской живописи тесно связано с так называемой "Восьмеркой" - группой художников, объединявшей пять основных представителей Эш Кен Скул: Роберта Генри, Вильяма Глакенса, Джорджа Лукса, Иверетта Шинна и Джона Слоана, а так же еще трех художников Мориса Прендергаста, Эрнеста Лоусона и Артура Б. Дэвиеса.
Начало ХХ века ознаменовалось бурным ростом американских городов. Заполненные клерками и рабочими, владельцами магазинов и иммигрантами, города расширялись и расползались, захватывая все новые территории.
Энергия и многообразие городской жизни привлекли художников, которые стали революционерами американского искусства. Эти художники вошли в историю как "Восьмерка". И хотя как группа они выставлялись лишь однажды, в 1908 года, за несколько лет до легендарного Armory Show, их выставка взбудоражила публику.
Сойдя с проторенной дорожки традиционной светской живописи, "Восьмерка" изображала улицы, машины, мужчин за работой, женщин на отдыхе, и со временем их персонифицированный реализм получил прозвище "школа мусорного ящика".
Роберт Генри - учитель четырех из восьми художников, вошедших в группу, настаивал, что художник должен "создавать картины из окружающей жизни". И жизнь города проносилась перед глазами художников, а не замирала в одной стесненной позе. Она была то грубой то ласковой, то унылой то радостной. Город для них был, как сказал Джон Слоан, "вселенской палитрой, где цвета изменялись, стоило лишь перейти на другую сторону улицы".
"Забудьте про искусство и пишите то, что интересно вам в жизни", - говорил Роберт Генри на своих занятиях. Конечно, лучшие из его учеников не забыли об искусстве, но писали они смело и совершенно по-новому. Они искали сюжеты своих картин на городских улицах. Джон Слоан предпочитал неприглядные рабочие кварталы элегантности пятой авеню. Он наслаждался "гнетущей, захудалой, счастливой, грустной и такой человеческой" жизнью, что обнаружил там.
Основатели Эш Кен Скул взбунтовались против светского американского импрессионизма. (Нечто подобное случилось и в Европе, вспомнить хотя бы Тулуз-Лотрека). Их работы в большинстве своем темные по тону, выхватывали спонтанные моменты жизни и часто изображали проституток, пьяниц, перенаселенные многоквартирные дома с бельем на веревках, боксерские матчи и борцов.
Это были частые, хотя и не единственные, сюжеты их картин. Заостренное внимание художников на нищете и городских буднях стало причиной, по которой американские критики современники «Восьмерки» оттеснили Эш Кен Скул на обочину искусства.
Стремление художников изображать обычных людей и привычную обстановку было лишь отчасти обусловлено занятиями и влиянием Роберта Генри. Для Гланкса, Лукса, Шинна и Слоана это в большей степени объяснялось их опытом работы иллюстраторами в «Филадельфия пресс». Все события за день: убийства, пожары, парады, - находили свое отражение в их быстрых и точных рисунках. Натренироанный взгляд художников с легкостью запечатлевал сцену длившуюся несколько мгновений. Отбрасывая ложную прелесть, они улавливали самую суть настроения города, как никто из американских художников до них.
Как уже отмечалось, Эш Кен Скул не было организованной группой. Впервые термин «ash can» относительно движения в искусстве употребил Арт Йанг в 1916 году, в дальнейшем термин стал использоваться в связи с группой художников, включавшей Генри, Гланкса, Эдварда Хоппера (ученика Генри), Шинна, Слоана, Лукса, Джорджа Беллоуза (так же студент Генри), Мэбл Дуайт и других, в том числе фотографа Якоба Рииса, среди сюжетов которого тоже часто фигурировали окраины Нью-Йорка. Включение в группу Хоппера (от которой он позже отрекся) может показаться несколько ироничным: его изображения городских улиц практически полностью свободны от привычных деталей, не говоря уже о случайных мусорных баках.

Фотографии картин использованные в статье:
1. Robert Henri (born Robert Henry Cozad) (American, 1865-1929), The Laundress, c. 1910, oil on canvas, Phoenix Art Museum
2. George Wesley Bellows (American, 1882-1925), Stag at Sharkey's, 1909, oil on canvas, 36 1/4 x 48 1/4 inches (92 x 122.6 cm), Cleveland Museum of Art
3. George Wesley Bellows, Cliff Dwellers, 1913, oil on canvas, 40 1/8 x 42 inches (101.9 x 106.7 cm), Los Angeles County Museum of Art
4. Everette Shinn (1876-1953) Dancer in White Before the Footlights, 1910; retouched, 1954, oil on canvas, 35 X 39" (88.90 X 99.06 cm.)
5. John Sloan, Sunday, Women Drying Their Hair, 1912, oil on canvas, 25 1/2 x 31 1/2 inches, Addison Gallery of American Art, Phillips Academy, Andover
6. William Glackens (American, 1870-1938), Family Group, 1910 or 1911, oil on canvas, 72 x 84 inches, National Gallery of Art, Washington
7. Edward Hopper, Nighthawks 1942, oil on canvas 84.1 × 152.4 cm, Art Institute of Chicago, Chicago


В статье использовались материалы с сайтов:
http://www.sohoart.com/ashcan.htm
http://en.wikipedia.org/wiki/Ashcan_School
http://www.artlex.com/ArtLex/a/ashcan.html

августа 13, 2008

Роберт Генри

Роберт Генри (25 июня 1865 - 12 июля 1929) - американский живописец, лидер движения "Ashcan School" в американском изобразительном искусстве начала XX века и талантливый педагог.
Art cannot be separated from life. It is the expression of the greatest need of which life is capable, and we value art not because of the skilled product, but because of its revelation of a life's experience.
Robert Henri
Роберт Генри, урожденный Роберт Генри Козад появился на свет в городке Цинциннати штата Огайо. Его отец Джон Джексон Козад занимался застройкой земельных участков, и семья часто переезжала с места на место.
В 1873 Козады обосновались в Небраске, где глава семейства начал строительство города Козад.
В октябре 1882, между Джоном Козадом и Альфредом Пирсоном местным владельцем ранчо произошла крупная ссора. Спор перетек в физическую расправу и Козад застрелил Пирсона. Впоследствии, Джон Козад был оправдан, но расположение жителей города он вернуть так и не сумел и предпочел перебраться в Денвер штат Колорадо, где вскоре к нему присоединилась его семья. Чтобы окончательно порвать связь с неприятными событиями в Небраске, все члены семьи взяли новые имена. Отец стал известен как Ричард Генри Ли, а его сыновья Джонни и Роберт, выдаваемые семьей за приемных детей, изменили имена на Фрэнка Саузена и Роберта Эрла Генри.
Вскоре после этого семья вновь переехала сначала в Нью-Йорк, а потом в Атлантик-Сити штат Нью-Джерси. Там юный художник написал свои первые работы и, воодушевленный одобрением друзей, задумался о получении специального образования. Надо заметить , что Козады состояли в дальнем родстве с известной американской художницей Мэри Кассат.
В 1986 Генри поступил в Пенсильванскую Академию Изобразительного Искусства в Филадельфии. Программа обучения была чрезвычайно насыщенной и включала в себя изучение анатомии, рисование, композицию, живопись и моделировку человеческого тела. Генри упорно совершенствовал свои навыки, вызывая восхищение у своего учителя Томаса Аншульца.
Через два года обучения в Академии Генри пришел к выводу, что должен посетить Европу. Без этого его образование будет неполным. И в 1888 он отправился в Париж, где поступил в Академию Джулиан на курс Адольфа-Вильяма Бугро. В это же время Генри увлекся импрессионизмом. Вскоре молодой художник был принят в Парижскую Школу Изящных Искусств – самое престижное и уважаемое образовательное учреждение в сфере искусства.
В конце 1891 года Генри вернулся в Филадельфию, где продолжил обучение у Роберта Вонноха в Пенсильванской Академии. А через год сам начал преподавать в Филадельфийской Женской Школе Дизайна.
В Филадельфии у Генри появились друзья и последователи среди молодых художников. Они встречалась в его студии за разговорами об искусстве, философии и политике. Особое внимание в этих беседах Генри уделял вопросу о роли художника в американском обществе. Он полагал, что всякий серьезный художник должен разрабатывать свои собственные средства выражения, а не подстраиваться под действующие эстетические нормы.
Среди посещавших эти еженедельные диспуты было несколько иллюстраторов из газеты "Филадельфия пресс", которые в будущем стали известны как "Филадельфийская четверка": Вильям Глакенс, Джордж Лукс, Иверетт Шинн и Джон Слоан. Несмотря на то, что трое из них обучались в Академии, они не стремились к карьере профессиональных художников в дальнейшем. Но Генри заразил их своим энтузиазмом и вдохновением. За это время он переосмыслил свое отношение к импрессионизму, и стал называть его "новым академизмом".
Следующие несколько лет жизни Роберта Генри прошли между Филадельфией и Парижем, где он познакомился с канадским художником Джеймсом Моррисом. Моррис поделился с Генри опытом создания набросков на миниатюрных деревянных дощечках, которые вместе с небольшим набором кистей и красок легко умещались в кармане пальто. Такой способ значительно облегчил процесс мгновенной зарисовки сцен повседневной городской жизни, которые в дальнейшем стали ассоциироваться со зрелым стилем художника. Была и еще одна причина, по которой Генри проводил столько времени в Париже. Художник полагал, что американцы, по сравнению с французами, в особенности парижанами, были не столь восприимчивы к его работам. И чтобы добиться признания в Америке, требовалось сначала показать себя состоявшимся художником в Париже. Это Роберту Генри, без сомнения, удалось. В период с 1896 по 1899 четыре его картины были приняты парижским Салоном. А французское правительство купило его картину "Снег" ("Snow in New York") и выставило ее в Люксембургском музее.
В 1902 Роберт Генри продолжил свою карьеру педагога в Нью-Йоркской Школе Искусств, а затем открыл собственную школу. Среди его учеников были Эдвард Хоппер, Роквелл Кент, Джордж Беллоуз, Норман Раебен и Стюарт Дэвис. Генри был отличным педагогом, его ценили и коллеги, и ученики. Даже Национальная Академия Дизайна – оплот консерватизма, несмотря на разногласия во взглядах на искусство, признала Генри и выставляла его работы. Но когда художникам из его группы отказали в праве участия в ежегодной выставке Академии, он забрал свои работы и покинул жюри, решив организовать собственную выставку. В дальнейшем Генри отзывался об Академии не иначе как о "кладбище искусства".
В феврале 1908, он организовал выставку, названную "Восьмерка" (в честь восьми художников принимавших в ней участие). Выставка состоялась в галерее Макбет и стала знаковым событием. Кроме самого Генри и "Филадельфийской четверки" (к тому времени перебравшейся вслед за художником в Нью-Йорк) в выставке приняли участие Морис Прендергаст, Эренст Лоусон и Артур Б. Дэвиес. Оглушительный успех сопровождал выставку с момента ее открытия, и вызван он был не только публичностью мероприятия, которую обеспечила «Филадельфийская четверка». Точность и жизненность, с которыми было отображено на холстах американское общество и его будни – вот что вызвало такой глубокий отклик публики. Выставку посетили более 7,000 зрителей, а доход от продажи картин составил примерно $4,000. Реакция критиков была неоднозначной. Одни из них сочли темы работ грубыми и вульгарными, а художников упрекнули в отсутствии техники. Другие, наоборот, дали высокую оценку мастерству и правдивости в изображении жизни разных социальных классов общества, равно как и авторской индивидуальности, не ограниченной консерватизмом Академии.
Впоследствие, и эта выставка, и художники, участвовавшие в ней, стали прочно ассоциироваться с Ashcan School («Школа мусорного ящика»), хотя сам термин окончательно закрепился лишь в 1934 году.
В 1910, Генри организовал "Выставку Независимых Художников", и подобно французскому "Салону Отверженных" на ней не было ни жюри, ни призов. В выставке принял участие Уолт Кун, позже сыгравший ключевую роль в Armory Show - выставке 1913 года, впервые представившей американской публике авангардное европейское искусство. На Armory Show были выставлены и пять картин Роберта Генри.
С 1915 по 1927 Генри был популярным и весьма влиятельным человеком в Студенческой Лиге Искусства Нью-Йорка. Его идеи, концепции и взгляды на искусство были собраны его бывшей ученицей Марджери Раирсон и изданы в книге "Дух искусства" ("The Art Spirit", Philadelfia, 1923).
Весной 1929 Совет Искусств Нью-Йорка выбрал Роберта Генри одним из трех великих живущих американских художников. Через несколько месяцев, летом того же года художник скончался от рака. Спустя два года в музее Метрополитан была открыта мемориальная выставка в честь Роберта Генри.

Фотографии картин Роберта Генри можно увидеть здесь.

Фотографии картин использованные в статье:
Автопортрет. 1903 г. Университет Небраски-Линкольна.
Девушка сидящая на берегу моря. 1983 г. Коллекции Маргарет и Рэймонда Хоровитц.
Снег в Нью-Йорке. 1902г. Национальная галерея искусства. Вашингтон.

В статье использованы материалы с сайтов:
http://en.wikipedia.org/wiki/Robert_Henri
http://www.tfaoi.com/aa/3aa/3aa432.htm

августа 06, 2008

Финские зарисовки



"Этюд. Airaksela (Финляндия)" - вторая работа написанная мной во время поездки. Работа выполнена в технике "A La Prima", т.е. за несколько приятных часов на верхней террасе коттеджа:)
Этюд увековечил ухоженные поля трудолюбивого финского фермера, живущего в местечке Airaksela, а если быть точнее, Alatalo. Сельская тишина и сдержанная красота северной природы, свежий воздух и непуганные зайцы, бодро расекающие по полям. Этюд возник как-то сам собой, что-то вроде маленького сувенира из поездки. В нем нет претензии на серьезность или академичность, это просто несколько часов отдыха души вылившихся на холст.

Спасибо всем, кто был рядом со мной те две замечательные недели:)

Этюд. Airaksela (Финляндия).
2008г.
Темпера ПВА, холст на картоне, 24 х 18см
.

августа 04, 2008

Аромат северного лета


Незатейливый, но радующий глаз букетик полевых цветов. Этот этюд был написан легко и непринужденно за несколько часов. Лето, отпуск - все располагает к творчеству:) Свежие цветы в простой стеклянной вазе на залитой солнцем террасе. Ромашки, клевер, таволга... аромат северного лета.

Этюд. Летний букет.
2008г.
Темпера ПВА, холст на оргалите, 25 х 16см.
Работа находится в частной коллекции.

июля 11, 2008

Каппадокия



Идея этой работы возникла из небольшого телевизионного ролика с канала Discovery. Ролик посвящен Каппадокии и воздушным шарам, полеты на которых там очень популярны. Популярность эта объясняется очень просто: с высоты птичьего полета открываются великолепные виды на перибаджалары ("каменые столбы") и пещерные монастыри.
При создании картины я не ставила перед собой задачи детально воспроизвести местность. Это скорее собирательный образ, мое личное впечатление от увиденного. Возможно поэтому в картине присутствует легкая нотка сюрреализма.

"Каппадокия"
2008г.
Темпера ПВА, холст на картоне, 20 х 40см.
Цена 5 000 руб.

июля 03, 2008

Творческий кризис...


Почти месяц бесплодных блужданий в лабиринте сюжетов, и вот оно озарение от случайно увиденного 30-ти секундного телевизионного ролика. Вдохновение, пойманное буквально за самый кончик хвоста.
Жить с ощущением того, что если ты сейчас возьмешься за кисти, то в лучшем случае не получится ничего, а в худшем отвратительная плоская мазня, весьма неприятно. Преодолевать подобные приступы творческого кризиса, а время от времени они со мной случаются, волевым усилием я пока не научилась. Все попытки взяться за кисти и краски в принудительном порядке, авось вдохновение придет в процессе, заканчиваются плачевно. В такие периоды, когда я смотрю на свои законченные работы у меня возникает лишь один вопрос "Как я это сделала?". Кажется, будто руки забыли все, что умели, а глаза видят "в режиме фотосъемки".
Лучшее, что можно сделать в такие моменты это элементарно подождать, отложить мольберт, краски и кисти и расслабиться. Вдохновение приходит, нежданно-негаданно (почти как любовь:)) Все встает на свои места, окрашивается в нужные цвета и свет ложится именно так, как надо. Такое не пропустишь! И словно иголочки зашевелились в кончиках пальцев, а перед глазами она - будущая картина. Еще такая хрупкая, еще не родившаяся, но уже живущая на кончике моей кисти!
Есть идея, есть сюжет, ищу материал и приступаю. Вдохновение снова со мной!

июня 23, 2008

Художественные материалы в Петербурге.

В данной статье привожу перечень известных мне магазинов в Петербурге, где можно приобрести товары для художников. В примечаниях изложен мой личный опыт и впечатления от посещения магазинов. В дальнейшем по мере появления новой информации статья будет обновляться.

Прошу не считать мое мнение истиной в последней инстанции, рекламой или анти-рекламой.

"АРТ ГОРОД"
Адрес: 6-ая линия, 27 (вход с линии, в глубине магазина, за интернет кафе)
Телефон: 323-08-59
Примечание: Небольшой магазин, сложно найти с первого раза. Хороший выбор красок завода "Невская палитра". В продаже бывают холсты на подрамнике и картоне круглой, овальной и других "экзотических" форм. Маленький, но полезный магазин.

"Художник"
Адрес: ул. Сердобольская, д.68
Время работы: 10-21
Телефон: 295-95-16
Сайт: http://www.artpaints.ru
Примечание: Магазин от завода красок "Невская палитра". В связи с этим практически всегда очень широкий ассортимент красок (в наборах и штучно): масло, темпера, акрил, акварель, гуашь. Цены на краски одни из самых низких в городе. Встречаются дефицитные аксессуары, которые в других магазинах уже могли закончиться (н/п кистемойки с держателем для кистей, настольные мольберты-треноги, зажим для натяжки холста). При покупке от 1000руб. предлагается накопительная дисконтная карта (первоначальная скидка 3%).

"Салон художника" (1)
Адрес: Невский пр., д.3 (вход со двора)
Время работы: пн.-сб. 10-20, вс. 11-20
Телефон: 312-44-34
Примечание: Магазин небольшой, немного тесный. Слабое освещение. Широкий ассортимент холстов, подрамников, грунтов, пигментов, кистей. Большой выбор готовых паспарту и возможность изготовления на заказ. Поштучная продажа пастели и пастельных карандашей. Продавцы знают особенности своего товара и могут грамотно проконсультировать. Студентам предлагается скидка. Во время городских праздников, проходящих на Невском проспекте, магазин закрыт.

"Салон художника" (2)
Адрес: Большая Морская ул., д.23/12 (вход со двора, в том числе и с Гороховой ул.)
Время работы: 10-19:30 (кроме вс.)
Телефон: 571-67-47
Примечание: Более удобная планировка помещения. Хорошее освещение. Ассортимент тот же, что и в "Салоне художника" на Невском.

"Черная речка" (1)
Адрес: Невский пр., д.110 (вход со двора)
Время работы: 11-20
Телефон: 275-78-72
Сайт: http://www.artmaterial.ru
Примечание: Магазин небольшой, но в целом дельный. Очень большой выбор штучно продающихся пастельных и акварельных карандашей Derwent (Англия), а также пастели: сухой и масляной Rembrant (Голландия) и сухой Olki (Россия). В наборах эти материалы представлены так же достаточно широко. Но пастель Faber Castle не продается. Хорошая линейка тонированной бумаги для пастели. Большой выбор грунтованных холстов на подрамнике и на картоне различных размеров, но отдельно холстов и подрамников нет. В ассортименте отсутствуют материалы для росписи по стеклу и ткани. Часто весьма ограниченный цветовой ряд темперных красок. Широкий спектр акварельных красок в наборах. Хороший выбор кистей; отечественные, немецкие, голландские. Большой плюс в том, что они стоят в доступном для покупателя органайзере, и их можно выбирать самостоятельно. К сожалению продавцы не склонны консультировать покупателей, особенно тех кто вообще не разбирается в свойствах материалов. Так девушке, покупающей темперу, чуть не продали для нее беличьи кисти. Мужчине, выбирающему пастель, никто не пытался объяснить, что она бывает сухая и масляная, и в чем разница между импортной и отечественной. Справедливости ради, надо заметить, что не все продавцы грешат подобным образом. Девочки-студентки обычно в состоянии дать грамотную рекомендацию.

"Черная речка" (2)
Адрес: Звенигородская ул., д.4
Время работы: 11-20
Телефон: 713-32-60, 713-53-42
Сайт: http://www.artmaterial.ru
Примечание: Магазин больше по размеру и ассортименту товара, чем на Невском пр. В продаже есть товары для росписи по стеклу и ткани. Широкий выбор холстов и подрамников.

"Fine Art"
Адрес: Соляной переулок, дом 16/4
Телефон: +7 (812) 579-99-46
Примерное расположение: напротив Художественно-Промышленной Академии
Сайт: http://www.cosyma.ru/applications/catalog/catalog.php

"Акварель"
Адрес: ст. м. Пионерская, аллея Поликарпова, д. 2 (угол аллеи и Коломяжского проспекта)

КИОСК ООО "БЛИК"
Адрес: Чайковского ул., 3
Телефон: 2736180

Универмаг Большой Гостиный Двор
Адрес: Садовая линия, 1 этаж
Примечание: Единственное известное мне место в городе, где представлена столь широкая линейка продукции компании Faber Caslte (Германия): пастель, пастельные и акварельные карандаши (продается только в наборах). Кроме того, достаточно богатый выбор чешской пастели (так же только в наборах). Штучно продается только масляная пастель "Van Gogh " (Голландия). Хороший ассортимент бумаги. Неплохой ассортимент масляных, темперных, акриловых и акварельных красок (штучно и в наборах). Неплохо представлена линейка продукции для хобби и домашнего декорирования (краски для росписи по ткани, дереву, стеклу). Ассортимент холстов (в продаже есть только грунтованные натянутые на подрамник или на картоне) очень невелик. Часто их не бывает вообще. Кисти выбирать неудобно, но в целом из чего выбрать есть. По ценам не сильно дороже, чем в специализированных магазинах. Консультироваться у продавцов бесполезно, в особенностях своего товара разбираются очень слабо.

Obi
Адреса:
ОБИ Дыбенко, + 7 (812) 335-30-00
ОБИ Парнас, + 7 (812) 380-00-60
ОБИ Лахта, + 7 (812) 335-33-40
ОБИ Космонавтов, + 7 (812) 336-85-55
Отдел декора.
Примечание: Множество товаров для хобби и домашнего декора. Краски для росписи по стеклу, дереву, ткани. Встречается холст на картоне. Кисти представлены ограниченно.

июня 10, 2008

За один вдох...

Все работы пишутся очень по-разному. Что-то идет легко и быстро, что-то рождается в муках. Но бывают и такие работы, что пишутся на одном дыхание. "Сирень" стала одной из них. Делая этот этюд, я писала свободно как никогда.
Это потрясающее ощущение. Все идет само собой. Краски выдавливаются на палитру, кисть набирает сразу несколько цветов и на холст ложится переливающийся мазок. Нет никаких лишних мыслей, сомнений, исправлений. Просто мазок за мазком ложатся на холст, и рождается образ.
Наверное, не всякую картину можно писать следуя такому порыву. Все-таки многие моменты в живописи требуют продуманности: композиция, сочетание цветов. Но с другой стороны, подобные порывы раскрепощают. Что очень полезно и в особенности для начинающего художника. Это в некотором смысле сравнимо с ездой на велосипеде. В начале, пока учишься, все внимание сконцентрировано на руле и педалях, но научившись, начинаешь видеть, где едешь, и что вокруг.
Надеюсь, со мной это произошло не последний раз, ибо ощущение действительно потрясающее.

Работа оформлена и продается.
Темпера, холст на картоне, 15х24см.
Цена: 1000руб.

июня 05, 2008

Подсолнухи. Рынок в Экс-ан-Прованс.


В продолжение темы прованса, рынка и импрессионизма...
В основу этой работы легла фотография уже однажды упомянутого мной рынка в Экс-ан-Провансе. Но это не продолжение, не возвращение и не серия. Я не ставила задачи сделать парную картину к "Цветочному рынку". "Подсолнухи" самостоятельная работа, обладающая своим особым настроение. Яркие, словно лучащиеся головки самых солнечных цветов, гора спелых, налившихся помидоров, тугие пучки свежей зелени. А за прилавком пусть уже и не мадмуазель, но все еще вполне сочная мадам. Причудливая шляпка, напомаженные губы и подрумяненные щеки, яркое синее платье явно выдают в ней сельскую кокетку. Но взгляд ее задумчив, и кто знает, как далеко улетели ее мысли от прилавка, окутанного ароматами базилика и спелых помидоров пригретых солнцем...
Подсолнухи я хотела написать давно и эту первую пробу считаю вполне удачной. Не слишком мелко, чтобы все слилось в одно пятно, не слишком крупно, чтобы прописывать все детали. Я использовала кадмий желтый светлый и средний, более темные участки проработала оранжевым, светлые - лимонным, а кое-где наносила сразу несколько цветов в мазке. Мне нравится такой подход, с одной стороны, он дает интересный живописный эффект, передавая вибрацию света на предметах, с другой, это раскрепощает художника.
Отдельно хочется упомянуть ствол платана на втором плане. Впервые платаны появились в "Цветочном рынке", но там они слишком мелкие и стволы написаны достаточно обобщенно. Здесь же размер позволил выписать ствол более детально, передать фактуру коры. Эту часть работы я выполнила мастихином.
Считаю, что поставленную живописную задачу я решила. У картины есть и настроение и колорит.. и мадам в затейливой шляпке:)
Холст на подрамнике 24х30см Продается (цена договорная)

мая 29, 2008

Какого цвета было небо для древних греков?

Цвета бронзы. Да-да, именно такой ответ на этот вопрос приводится в книге С. Фрая «Книга всеобщих заблуждений». Но почему же именно бронзового? Ведь цвет бронзы не имеет ничего общего ни с голубым, ни с серым, ни с синим, он вообще к цвету неба не имеет никого отношения. Парадокс! И именно он подвиг меня на более глубокое исследование вопроса. В конце концов, может, господин Фрай просто пудрит читателям мозги, или, может, у древних греков глаза были как-то иначе устроены, или это просто оборот речи, который надо понимать не буквально, а в переносном смысле.
С начала прошлого столетия было написано немало трудов о концепции цвета в древности. Что касается Древней Греции, то основная часть исследований основывалась на литературном материале, а именно поэмах Гомера и философских трактатах.
Среди наиболее крупных работ можно выделить книгу У. Глэдстона «Гомер и Гомеровская эпоха» («Homer and the Homeric Age») и исследовательскую работу К. Мюллера-Боре.
Основой причиной споров и расхождений является своеобразная манера передачи цвета в поэмах Гомера. Ее особенность заключается в сравнительно редком упоминании конкретных названий цветов, и характеристике предметов с позиций формы и модальности света и темноты.
У Гомера встречаются лишь два слова, которые обозначают цвет в привычном для современного человека смысле: leukos – белый и melas – черный. Но чаще эти слова являются указанием на нечто светлое и темное.
Белый цвет лучше любого другого отражает свет и таким образом выражает собой парадигму яркости. Черный же является его антиподом. Из анализа текстов поэм видно, что при описании окружающего мира, предпочтение отдавалось таким характеристикам как яркость, блеск, светлота и темнота, а не абстрактному цвету. Это отражается и в небогатом словарном запасе для передачи цвета. По сравнению с современным, он содержал очень мало терминов эквивалентных нашему цветовому тезаурусу. Эта ограниченность и породила две теории о цветоразличении и цветовосприятии у древних греков.
Глэдстон объяснял редкое использование древними греками абстрактных цветовых терминов лишь частичным развитием органов различения цвета. Его точка зрения в некоторой степени совпадала с получившим распространение в XIX веке мнением, что греки как нация страдали одной из форм дальтонизма. Мнение это возникло на основе спекуляций связанных с теорией Дарвина. Но оно, как собственно и предположение Глэдстона, является ошибочным, что в дальнейшем было научно доказано.
Мюллер-Боре, напротив, полагал, что невнимание к абстрактному цвету, это ничто иное как литературный прием и своеобразная черта эпического стиля, а вовсе не проблема физического цветоразличения.
Но обе эти теории могут быть подвергнуты серьезному сомнению. С одной стороны, редкое обращение к цветовому тезаурусу в тех случаях, где, по мнению современного человека, цвет должен играть ведущую роль, объясняется различным восприятием мира, а не физическим дефектом зрения (невозможностью различать цвета). Это отличное от нашего восприятие отражено в философских трудах. С другой стороны, весьма маловероятно, что в момент создания Гомером Илиады и Одиссеи в языке были какие-то другие формы описания цвета, кроме использованных в поэмах. Так как если бы таковые существовали, то они обязательно встретились бы в работах философов, чего не наблюдается.
Возвращаясь к Гомеру, хочу привести несколько интересных примеров терминов, которые тем или иным образом передавали цвет.
Eruthros. Можно определить как красный. Слово это употреблялось только в отношении бронзы, нектара богов и вина. Оно не применялось в отношении крови (что кажется совсем нелогичным, т.к. кровь самая что ни на есть красная). Однако, произошедшие от того же корня глаголы erutho и eruthaino (краснеть) всегда употреблялись в связи с кровью. Сама же кровь описывалась как melas (черный).
Glaukos. Серый или синий. Слово употреблялось в отношении моря и глаз. Так в Илиаде, Патрокл, осуждая отказ Ахиллеса воевать, говорит: «лишь серое море (glauke thalassa) с его крутыми скалами могло породить такого безжалостного как ты». Суровость моря хорошо передается словом серый. Но в виде эпитета употребляемого по отношению к воинствующей Афине, glaukos по-видимому следует понимать как относящееся к жестокому блеску ее глаз.
Polios. Употреблялось в отношении седых волос, моря, железа и светлой окраске волчьей шкуры, из чего можно заключить, что как слово выражающее цвет оно близко к белому.
Porphureos – пурпурный. Применялось по отношению к радуге, окрашенным тканям (одежда, ковры), но также и к бурному морю, волне бушующей реки, крови и смерти.
Ioeides дословно переводится как «подобный фиалке» (сложные слова такого вида достаточно часто применялись Гомером для описания цвета).
Особый интерес представляют труды древнегреческих философов, посвященные цветам. В этих работах раскрывается своеобразная и совершенно непохожая на нашу концепция мироустройства, а, следовательно, и цветовосприятия.
Хочу обратить внимание на разницу между различением и восприятием цвета. Под различением понимается физическая способность отличать один цвет от другого, например, синий от зеленого, а восприятие – это способность понимать и использовать цвет как выразительное средство в живописи, литературе, ораторском и сценическом искусстве.
Возвращаясь к философским работам, ниже привожу некоторые наиболее интересные аспекты цветовых концепций различных философов V-IV в. до н.э.
Демокрит выделял четыре основные цвета: leukon (белый), melan (черный), eruthron (красный) и chloron (желто-зеленый) – остальные цвета получались смешением выше указанных.
Красный + Белый (дает яркость) = Золотой и Бронзовый
Белый (дает яркость) + Черный + Красный = Пурпурный или Красно-пурпурный
Черный + Желто-зеленый = Синий
Пурпурный + Синий = Травянистно-зеленый
Синий + «Огнеподобный» = Индиго
Желто-зеленый + оттенок индиго = Коричневый

Особенностью теории Демокрита является то, что leukon-белый не бледнит смешиваемые с ним цвета, а наоборот придает им яркость и металлический блеск. Chloron может трактоваться и как желтый, и как зеленый, т.к. иногда это слово означает «свежий» в отношении зелени, а иногда используется в отношении мёда.
Перечень цветов Платона схож с перечнем Демокрита, но вводится дополнительное понятие lampron – яркий. Схемы смешивания основных цветов для получения дополнительных выглядят еще более запутанными, чем у Демокрита. Наиболее же интересным является введение понятия яркости и блеска lampron (это же встречается и у Гомера).
Теория Платона гласит, что в различении цвета задействованы «ясный огонь», излучаемый глазами наблюдателя, и огонь, исходящий от предметов. Цвета – это пламя или свет испускаемый предметами. Leukon, eruthron и lampron – это виды излучения, а melan, соответственно, темнота или отсутствие излучения. Результатом взаимодействия всех этих излучений является «единая однородная субстанция между глазом и предметом, по которой передается информация о предмете».
Теория Аристотеля наиболее сложна и запутана из всех. Первостепенным условием зрения по Аристотелю является активированная прозрачная среда, под которой подразумевается, например, воздух при дневном свете. Цвет приводит эту среду в движение, которое мгновенно достигает глаза.
Свет – это «цвет прозрачности», т.е. прозрачной среды. Цвета предметов являются результатом наличия в их телах «прозрачного». Главными цветами являются черный и белый, остальные цвета получаются путем их смешивания. Аристотель приводит перечень из семи цветов: белый, черный, золотисто-зеленый, малиновый, пурпурный, травянисто-зеленый, индиго и говорит, что количество цветов в природе ограничено.
Рассуждения Аристотеля отличаются от остальных теорий тем, что в них, наконец, появляется интерес к цвету как таковому, а не к яркости или блеску. Такое восприятие является для нас более близким и понятным. Но ранний гомеровский период представляет интерес именно своей особой, контрастирующей с современной, позицией восприятия окружающего мира и соответственно его описания.
Заметка написана по материалам из книги С. Фрая «Книга всеобщих заблуждений», и электронных источников:
http://www.library.umass.edu/benson/jbgcalt.html#jbgc2
http://www.psyinst.ru/library.php?part=article&id=1285

мая 14, 2008

Экс-Ан-Прованс. Цветочный рынок.


Аллеи из старых платанов, множество старинных фонтанов, церквушек, узкие улочки и уютные площади, частные садики и городские скверы… Здесь древность прекрасно уживается с современностью, историческое наследие с тенденциями будущего. Экс-ан-прованс - это город воды и искусства.
Тут есть рестораны и кафе, манящие ароматом своих яств, модные бутики и даже антикварный «блошиный» рынок, куда стекаются любители старины со всех концов Франции. Самое, пожалуй, популярное место – кафе des Deux Garcons, посетителями которого в разное время были Золя, Жирардо и Кокто. Именно в этом городе родился Поль Сезанн, всю жизнь воспевавший его удивительно сочные пейзажи и окрестности.
Экс-ан-Прованс - город, неспешный провансальский ритм которого затягивает всех, от мала до велика. Его можно смело назвать городом «сезонов». Сезон спаржи и клубники сменяет здесь сезон цветения вишен, персиков, миндаля и лаванды, а сезон дынь и винограда предвосхищает следующий – морепродуктов. И все эти богатсва россыпями, пучками, букетами и горами ложатся на рыночные прилавки Экса.
Рынки - это своего рода изюминка Экса. Количество рыночных дней едва ли не больше, чем всего дней в неделе. Овощной, книжный, цветочный, антикварный, блошиный - они наполняют город красками, звуками, пряными и волнующими ароматами.
Писала эту картину на удивление без мук. Как только на холсте возникли платаны и букеты цветов, они, будучи еще даже толком не проработаны, сразу как будто вдохнули жизнь в картину. И всякий раз, когда я бралась за дальнейшую работу над ней, настроение поднималось само собой, а заканчивать сеанс совершенно не хотелось:) Детали придумывались сами собой: и популярные в Европе велосипеды, и желтый букет у модной француженки, и кошка, предостерегающе выгнувшая спину, при виде задиристого скотча, (скотч-терьеры забавные собачки, и я опять не удержалась:). На мой взгляд, работа получилась солнечная и соответствующая настроению и облику Экса-ан-Прованс, который меня и вдохновил на нее.
Холст на картоне, темпера, 25х30см.
Работа находится в частной коллекции (Россия).

мая 07, 2008

Твой синий, мой синий...

Не задавались ли вы когда-нибудь вопросами из серии, «таким же синим видится этот предмет моему соседу, каким он видится мне; один ли и тот же цвет мы себе представляем думая о бежевом»? Может кому-то это покажется забавным, но у меня в детстве, да и потом тоже, возникали такие вопросы, особенно когда мой папа идентифицировал какую-то вещь как зеленую, а я как синюю. Поводом для углубления в эту тему стала глава книги Стивена Фрая (Stephen Fry)*, где обсуждался вопрос о том, какого цвета было небо для древних греков. Ко всему этому добавился эпизод, когда мы с моим преподавателем живописи выясняли, что каждый из нас понимает под цветом индиго. Все это подтолкнуло меня к более детальному изучению вопроса цветовосприятия и цветоразличения.
К настоящему моменту я прочитала несколько статей и научных работ по данной теме, значительная часть материалов на английском языке, но есть и работы отечественных специалистов. Изучение ведется нейрофизиологами, лингвистами, антропологами, культурологами, психологами и другими специалистами. Но чем больше я погружаюсь в данный вопрос, тем очевидней становится, что он как и многие другие сложные явления находится на стыке наук, и было бы некорректно анализировать его исключительно с позиций нейрофизиологии или только лингвистики.
Стартовой точкой большинства исследований является утверждение «если в языке нет соответствующего слова для обозначения цвета, то этот цвет не воспринимается в тех или иных сообществах», дальше идут эксперименты и споры об интерпретации их результатов.
Думаю, нет смысла пускаться в пересказы прочитанного материала (желающие смогут обратиться к первоисточникам по ссылкам, их я непременно оставлю). В блоге я хочу привести лишь то, что, на мой взгляд, является интересным: некоторые факты, исследования и результаты экспериментов. Видимо мои изыскания в этой области выльются в несколько статей, т.к., во-первых, не хочется очень длинных постов, во-вторых, не стоит все валить в одну кучу и, в-третьих, я все еще изучаю вопрос.
Продолжение следует...
* Стивен Фрай (Stephen Fry). Книга всеобщих заблуждений (The Book Of General Ignorance). Фантом-пресс, 2008г.

апреля 23, 2008

Трамвая дребезжание...

У каждого города есть свой голос. Голос Лиссабона – это дребезжание трамваев. Они такая же неотъемлемая часть городского колорита, как двухэтажные автобусы в Лондоне или гондолы в Венеции. Трамваи в португальской столице появились больше ста лет назад, и с тех пор их облик почти не изменился, разве что добавилась яркая реклама на бортах. Маршрут номер 28, наверное, самый знаменитый из всех. За полчаса, петляя словно заправский слаломист, из старинного района узких романтичных улочек Алфама трамвай спускается в Эштрел – район, где причудливо сочетаются современные высотные здания и памятники средневековья. Нетренированным ногам в Лиссабоне будет тяжко: не город, а сплошные "американские горки", крутые подъемы и холмы. Но трамвай «знает» все местные хитрости. Рельсы скрипят, вагоновожатый в фуражке дергает ручку, 28-й трогается с места и пассажиры хватаются за поручни…
Пока писала эту улочку, словно сама побывала в Лиссабоне. Сейчас, когда смотрю на законченную работу, особенно греет душу то, что удалось передать солнечное настроение южного приморского города, ощущение беззаботности и какой-то детской радости от летнего денька, от возможности прокатиться на трамвайчике.
Работа продается.
Темпера. Холст. 25Х35см.
Цена 7000руб
.

апреля 15, 2008

О выставке акварели школы С. Андрияки

«Выставка акварели» - эта фраза вызывает вполне конкретную визуальную ассоциацию. Тут же представляется полупустой зал с небольшими (максимум 40х50см) бледненькими пейзажами эпохи галантного века. Живое воплощение этой ассоциации выставка английской акварели XVIIIв. в Двенадцатиколонном зале Эрмитажа. И кто бы мог подумать, что акварель может быть совсем иной. А ведь закрадывается червячок сомнения, когда отрываешь коробку с акварельными красками и видишь яркие, сочные, чистые цвета. Но вверх берет распространенное мнение, что акварель должна быть тонкая, полупрозрачная, если не сказать, бледная. И все же она бывает другой…
Итак, мои впечатления. Впечатления не профессионала, но человека интересующегося живописью.
Я побывала на выставке два дня назад, но не стала писать сразу, т.к. хотелось немного успокоиться, осмыслить увиденное и сказать уже что-то содержательное, а не только междометия. И, тем не менее, это все равно по большей части сплошные междометия и восклицания. Да, поражает многое: и размеры картин, и сочные, словно подсвеченные, цвета, и буквально осязаемая реалистичность предметов. И все эти чудеса сотворены лишь с помощью бумаги, коробки акварели и рук Мастера. Да, Мастера именно с большой буквы. А как еще можно назвать человека, обладающего не только несомненным талантом в живописи, но и колоссальной работоспособностью; человека, который, достигнув успеха, продолжает не просто идти вперед, но еще и делится достигнутым. На выставке огромное количество работ Сергея Николаевича, но не меньше места занимают работы учеников и педагогов его школы. Многие из этих работ отличаются индивидуальной манерой исполнения, в них присутствует авторский стиль, но все они, несомненно, объединены одной школой. На мой взгляд, художник становится Мастером, только когда у него появляются ученики.

Возвращаясь к выставке, хочу рассказать, что больше всего поразило лично меня. Впечатлений много, хочется говорить обо всем и сразу. Пожалуй, самые яркие воспоминания оставляют букеты и натюрморты. Пышные шары хризантем, махровые ветки сирени, роскошные пионы, изящные ирисы и тюльпаны, ветки экзотических орхидей и очаровательные в своей простоте полевые цветы. Его букеты свежие, словно только что срезанные. Смотришь на картину и бессознательно пытаешься уловить в воздухе аромат живых цветов. Натюрморты – гимн изобилию. Фрукты, овощи, ягоды, цветы, атласные и бархатные драпировки с кистями и бахромой все это буквально осязаемо. Тут вспоминаются фламандские натюрморты, изобильные и насыщенные цветом. Но фламандцы писали маслом, и как известно именно переход от темперных красок к маслу дал возможность столь реалистично передавать фактуру тканей, стекла и металла. А здесь вся сочность фруктов, фактура кожуры, тяжесть и переливы бархата, хрупкость фарфоровой вазы переданы акварелью. И натюрморт этот ярок и реалистичен, как если бы он был написан маслом, но в нем есть неповторимая акварельная легкость и свежесть.
Но кроме цветов и натюрмортов на выставке представлено много пейзажей. И то ли яркость букетов так оглушает, то ли просто сложно пережить столько впечатлений сразу, но на пейзажи обращают меньше внимания. А зря!
Оказавшись на выставке второй раз, я начала именно с пейзажей. Пейзажи у Андрияки разнообразные огромные и крошечные, зимние и летние, утренние и вечерние. Но на каждом из них передано то особое, узнаваемое состояние природы, присущее ей в тот или иной час, в то или иное время года. Мне кажется, именно в пейзажах Андрияка раскрывается как очень тонкий колорист. Есть в его акварелях что-то родственно с картинами Куинджи. Малиновые с рыжими всполохами закаты и полупрозрачные обрывки облаков, висящие среди горных пиков. Он тоже пишет свет. Но если Куинджи занимался вполне целенаправленными экспериментами, то Андрияка просто пишет, что считает красивым. Пишет, что видит, и в этом прелесть его работ. Они прекрасны в своей простоте.
Но это простота и виртуозная легкость плод большой предварительной работы. Рядом со многими работами висят карандашные эскизы. Именно на них строится и оттачивается композиция, размечается цветовое решение. В дальнейшем эти эскизы используются как краткий конспект для работы над картиной.
Я не буду углубляться в особенности живописной техники Андрияки, не в этом моя задача, да боюсь, что и знания мои тут не слишком глубоки. Но на мастер-классе меня впечатлили точность его руки, его умение работать сразу акварелью без карандашного наброска. Он строил композицию и писал даже не по памяти, а просто фантазирую по ходу работы, но при взгляде на законченный пейзаж казалось, что это непременно должно было быть написано с натуры. Какая же цепкая память и натренированный глаз должны быть у человека, чтобы он помнил, как выглядят вода и деревья ранней весной в солнечный день, когда смотришь на них против солнца.
Подводя некоторый итог, могу сказать лишь то, что еще ни на одну выставку, какой бы интересной она ни была, я не ходила дважды. В этот раз после первого просмотра я испытывала непреодолимое желание, я бы даже сказала необходимость, увидеть это еще раз. И я не одинока в этом желание, многие приходят еще и еще. Есть у художника П.Н. Филонова картина под названием «Квинтэссенция весны», так вот эта выставка для меня квинтэссенция восторга.
В статье использованы изображения картин С.Н. Андрияки с сайта www.andriyaka.ru

апреля 07, 2008

Мягкие игрушки. Серия для детской.


Все дети любят игрушки,.. и не только дети. Я до сих пор не могу расстаться с моей коллекцией медвежат, котят, собак и других пушистиков:) Некоторые из них и послужили моделями для этой серии. Идея создания нескольких работ с мягкими игрушками витала в воздухе уже давно и окончательно оформилась при виде горы "пушистиков" в комнате моей маленькой кузины.
Мне кажется, рисунки будут удачно смотреться в интерьере детской комнаты, дополняя атмосферу уюта, радуя и развлекая малышей. Все три работы выполнены пастелью в теплых, светлых тонах. Зверушки пушистые и добродушные.
Кроме всего прочего эти рисунки могут подтолкнуть малышей к самостоятельному творчеству, подарив идею создания портретной галереи своей собственной коллекции мягких игрушек.
Серия включает в себя три работы: Котенок, Зайчик, Медвежонок. Все работы оформлены в застекленные деревянные рамы и паспарту, что придает им законченную форму и предохраняет от повреждений. По желанию покупателя рамы могут быть выполнены из темного или светлого дерева. Размер оформленной работы 40х30см.
Цена серии 3000 рублей.
Это приятный и необычный подарок для малыша и его родителей:-)

марта 27, 2008

О холстах...

Вот холст, белый и пустой... впрочем, лучше сказать, чистый, незаписанный. Он то, что может стать произведение искусства, бессмертным шедевром или учебной работой, удел которой стоять лицом к стене и ждать своего второго шанса. Но сам по себе, еще без красочного слоя, холст уже в некотором смысле произведение. Натяжка, проклейка, грунтовка, импримитура. От точности и аккуратности выполнения этих подготовительных действий зависит вся дальнейшая жизнь еще не родившегося шедевра.
И вот он передо мной, казалось бы, готовый безропотно принять на себя любую фантазию. Но нет, совсем не любую, далеко не любую. У холста есть форма, есть фактура, и они во многом задают характер будущего живописного слоя. Формат и фактура холста это те же выразительные средства, ничуть не уступающие по своей значимости цвету и форме...
В магазинах сейчас можно купить готовый холст. Уже натянутый, проклеенный, загрунтованный. Но, наверное, все-таки есть зерно истины в словах тех, кто говорит, что художник не может считаться мастером, если он не умеет готовить холст. Мне кажется, в процессе физической подготовки холста сам мастер готовится духовно. Идея будущего произведения дозревает, формируется его облик, продумывается композиция, цветовые и технические решения.
Увы, пока что это умозаключение носит скорее теоретический характер, эмпирическую базу я под него временно подвести не могу. Но приобрести этот опыт, а кроме того и профессиональный навык, я очень хочу. Заниматься подготовкой холста лучше, конечно, в мастерской или на даче, ванная городской квартиры не самое подходящее для этого место. Мастерской у меня нет, т.ч. придется дождаться дачного сезона, а пока вооружиться теоретическими знаниями.
Сейчас я покупаю холсты в магазине. Но даже пока выбираешь из уже готовых холстов зачастую возникают идею будущих картин. Идеи эти обусловлены именно формой и фактурой исходного материала. Да, пожалуй, это не самый распространенный вариант выбора темы и сюжета будущей работы, и уж тем более не основной. Обычно все-таки идут от идеи произведения к средствам ее воплощения. Но и выбор средств играет далеко не последнюю роль.

марта 24, 2008

Путешественники

Они уже проделали длинный путь, эти путешественники, прежде чем очутились на тихой, залитой солнцем улочке старого города. Бурой дорожной пылью покрылись платье и шляпа путника, тяжелые тюки и шкура ослика. Должно быть они ищут постоялый двор или таверну, чтобы немного отдохнуть, переждать полуденный зной и вновь пуститься в путь. Может это Санчо, верный оруженосец, благороднейшего из рыцарей печального образа?
"Севилья. Полдень." картина Д.А. Налбандяна (1906-1993). Именно она легла в основу моих "Путешественников". Старая Севилья, полуденная жара выжгла и опустошила ее пыльные улочки. Люди скрылись в тенистых садах и прохладе таверн. Наступили часы сиесты. По вымершей улице под палящими лучами испанского солнца бредет лишь одинокий путник с осликом.
В моей картине жара, наверное, все же не столь разрушительна. Стены домов увиты цветущим вьюнком, тени не такие густо-глухие и где-то в далеке еще один случайный прохожий.
В ходе работы я немного изменила композицию, опустила линию горизонта, тем самым увеличив воздушное пространство. Ввела вертикальные составляющие - две башни на заднем плане. Где-то добавила деталей, где-то наоборот обобщила. Листья и цветы вьюнка в левой части картины проработаны мастихином. Эта рельефность на фоне гладкого письма сделала их более живыми и сочными. Вьюнок на переднем плане словно разрастается и выступает из плоскости картины.
Мне понравилось настроение картины Налбандяна, состояние природы, запечатленное на ней, и особенно парочка путешественников. Во многом именно из-за них я и затеяла работу. Моей целью не было копирование, хотелось просто поучиться у мастера, самостоятельно попробовать некоторые из использованных у него приемов.
Да, пожалуй, это уже не Севилья. Но осталось знойное солнце, ощущается дух испании, и милый ослик послушно бредет рядом с путешественником по раскаленной пыльной улочке.